Рассчитывать, продумывать и делать
10.08.2018
Госдума одобрила в первом чтении законопроект о повышении пенсионного возраста, внесенный Правительством РФ. Он предусматривает изменение пенсионной системы и постепенное повышение возраста выхода на пенсию – до 65 лет для мужчин и до 63 лет для женщин к 2028 и 2034 году соответственно. На очереди – подготовка документа ко второму чтению. Президент РФ Владимир Путин поставил задачу при доработке законопроекта организовать обсуждение максимально широко, учесть экономические реалии изменений и их социальные последствия.
В Прикамье, как и везде, пытаются осознать, в чем суть нововведений и какие проблемы они должны решить. Чем вызваны изменения в пенсионной системе и есть ли альтернативные решения, рассказывает эксперт, доцент Высшей школы экономики в Перми, кандидат экономических наук Елена Зуева.
– Елена Львовна, каковы на текущий момент основные предпосылки для внесения изменений в пенсионное законодательство?
– Причины демографические и макроэкономические. Среди демографических причин надо выделить то, что в стране снижается рождаемость вследствие так называемых демографических волн. Весь ХХ век в России выбивалось население детородного возраста – войнами, репрессиями. В начале 90-х рождаемость снизилась вследствие экономических причин. И вот эти волны катятся, рождаемость уменьшается, и мы приходим к тому, что у нас сложилась отрицательная динамика в отношении количества трудоспособного населения к количеству пенсионеров. Если в середине прошлого века, когда принимались существующие параметры возраста выхода на пенсию, это соотношение было 8 к одному, то сейчас оно приближается 2,3 к одному. И еще при этом не все люди трудоспособного возраста работают в легальном секторе и платят в пенсионный фонд. Поэтому на самом деле соотношение еще меньше.
– Это общероссийские показатели?
– Пермский край не отличается от общероссийского тренда. Мы постепенно идем к соотношению один к одному, а потом оно пойдет в минус. Следует также учитывать, что наша пенсионная система устроена по так называемому «распределительному способу». Пенсионеров обеспечивают те, кто сейчас работает. Они отчисляют деньги в пенсионный фонд. То есть получается так, что, когда выйдут на пенсию те, кто сейчас в трудоспособном возрасте, там с пенсией будут очень большие проблемы. Есть еще одна экономическая причина – мы намерены присоединиться к нормам Международной организации труда, соответствующую конвенцию должно ратифицировать Правительство РФ. И это обяжет нас сделать так, чтобы средняя пенсия была не менее 40, не менее, подчеркиваю, 40 процентов от средней заработной платы. Если руководствоваться нынешними цифрами, то к 2030 году на пенсии потребуется 16,7 триллиона рублей в год. В настоящее время эта цифра приближается к 8,8 триллиона.
– То есть это на перспективу…
– Да. Потому что и пенсионные нововведения также на перспективу. Они же не сегодня произойдут, а будут происходить в течение ряда лет.
– В середине прошлого столетия, равно как и в 90-е годы, к этой теме подходили. Почему отказались?
– Вот здесь и есть недорасчет рисков, я считаю. Больше 20 лет назад уже стоял вопрос о том, что пенсионную реформу необходимо вводить. Мы вообще последние на бывшем пространстве СССР, кто не повысил пенсионный возраст. Уже все это сделали. Мы все тянули с этим вопросом. В нулевые годы у нас действительно все было «тучно», потому что нефть все время росла в цене. Мы создали стабилизационный фонд, и он, поделившись в 2008 году на фонд национального благосостояния и резервный фонд, был для нас гарантией, что, если что-то не получится, мы из него возможную «дырку» в пенсионном фонде заложим.
– И так ведь и было?
– И ее закладывали. «Закладывали» в кризис восьмого-девятого года. Кризис 14-го года «дозакладывали» до полного истощения резервного фонда. Теперь его просто нет. По формальным признакам он перешел в фонд национального благосостояния. И теперь, когда нефть уже не за 100 долларов за баррель, уже просто вариантов нет. Изменения в пенсионную систему необходимо вносить, они назрели.
– А есть уже какие-то прогнозные цифры, что если изменения произойдут, то мы на эти 40 процентов выйдем?
– Расчеты, что мы должны выйти на эту цифру, есть. Более того, скажу, ее надо перейти, она мала. Например, если у кого-то зарплата 100 тысяч рублей, то 40 тысяч – это весомая сумма. А если зарплата была 30 тысяч? Кроме того, пенсию надо индексировать всегда. Потому что есть процент инфляции и нельзя, чтобы уменьшались реальные доходы пенсионеров. И для них это негативно, и для потребительского рынка.
– Вы вспомнили постсоветское пространство. А можно привести некий пример, скажем, западных стран – где, во сколько там выходят на пенсию?
– У всех по-разному. Но 65-68 – это наиболее часто встречающиеся цифры. В Японии – 70. Причем и для мужчин, и для женщин. Но там есть сомнительный показатель средней продолжительности жизни, она там 82 года. Поясню, почему сомнительный. Это не средняя, а ожидаемая продолжительность жизни, которая считается с нулевого возраста, как только ребенок родился. В нее входит и расчет детской смертности, и смертность мужчин трудоспособного возраста, которая, например, в нашей стране высокая. Поэтому средняя продолжительность жизни – это не тот показатель, на который вот так жестко надо ориентироваться, как мы на него сориентировались.
– Насколько известно, сейчас разрабатывается концепция активного долголетия, которая подразумевает поддержание тонуса пожилых людей. Что вы об этом думаете?
– Я недаром говорила про переформатирование всей жизни страны, потому что нельзя все просто сводить к повышению пенсионного возраста. Необходимы огромные изменения в медицинском обслуживании, в образовании. Мы должны уйти от концепции «один диплом на всю жизнь» и перейти к непрерывному образованию. И к этому надо готовить систему образования. Может быть, что-то, какие-то элементы создавать заново. Что было в советское время – образование на заводах. Воссоздать такие учебные центры, использовать потенциал вузов.
– Та же компьютерная грамотность…
– Компьютерная грамотность – это самое элементарное, что можно здесь сделать. Далее – внедрение цифровых технологий. Сфера обслуживания может дать много рабочих мест, она еще не настолько у нас развита. Сфера дошкольного воспитания, где можно активнее использовать опыт людей предпенсионного возраста. Есть очень большие возможности и варианты, все это надо рассчитывать, продумывать и делать.
В Прикамье, как и везде, пытаются осознать, в чем суть нововведений и какие проблемы они должны решить. Чем вызваны изменения в пенсионной системе и есть ли альтернативные решения, рассказывает эксперт, доцент Высшей школы экономики в Перми, кандидат экономических наук Елена Зуева.
– Елена Львовна, каковы на текущий момент основные предпосылки для внесения изменений в пенсионное законодательство?
– Причины демографические и макроэкономические. Среди демографических причин надо выделить то, что в стране снижается рождаемость вследствие так называемых демографических волн. Весь ХХ век в России выбивалось население детородного возраста – войнами, репрессиями. В начале 90-х рождаемость снизилась вследствие экономических причин. И вот эти волны катятся, рождаемость уменьшается, и мы приходим к тому, что у нас сложилась отрицательная динамика в отношении количества трудоспособного населения к количеству пенсионеров. Если в середине прошлого века, когда принимались существующие параметры возраста выхода на пенсию, это соотношение было 8 к одному, то сейчас оно приближается 2,3 к одному. И еще при этом не все люди трудоспособного возраста работают в легальном секторе и платят в пенсионный фонд. Поэтому на самом деле соотношение еще меньше.
– Это общероссийские показатели?
– Пермский край не отличается от общероссийского тренда. Мы постепенно идем к соотношению один к одному, а потом оно пойдет в минус. Следует также учитывать, что наша пенсионная система устроена по так называемому «распределительному способу». Пенсионеров обеспечивают те, кто сейчас работает. Они отчисляют деньги в пенсионный фонд. То есть получается так, что, когда выйдут на пенсию те, кто сейчас в трудоспособном возрасте, там с пенсией будут очень большие проблемы. Есть еще одна экономическая причина – мы намерены присоединиться к нормам Международной организации труда, соответствующую конвенцию должно ратифицировать Правительство РФ. И это обяжет нас сделать так, чтобы средняя пенсия была не менее 40, не менее, подчеркиваю, 40 процентов от средней заработной платы. Если руководствоваться нынешними цифрами, то к 2030 году на пенсии потребуется 16,7 триллиона рублей в год. В настоящее время эта цифра приближается к 8,8 триллиона.
– То есть это на перспективу…
– Да. Потому что и пенсионные нововведения также на перспективу. Они же не сегодня произойдут, а будут происходить в течение ряда лет.
– В середине прошлого столетия, равно как и в 90-е годы, к этой теме подходили. Почему отказались?
– Вот здесь и есть недорасчет рисков, я считаю. Больше 20 лет назад уже стоял вопрос о том, что пенсионную реформу необходимо вводить. Мы вообще последние на бывшем пространстве СССР, кто не повысил пенсионный возраст. Уже все это сделали. Мы все тянули с этим вопросом. В нулевые годы у нас действительно все было «тучно», потому что нефть все время росла в цене. Мы создали стабилизационный фонд, и он, поделившись в 2008 году на фонд национального благосостояния и резервный фонд, был для нас гарантией, что, если что-то не получится, мы из него возможную «дырку» в пенсионном фонде заложим.
– И так ведь и было?
– И ее закладывали. «Закладывали» в кризис восьмого-девятого года. Кризис 14-го года «дозакладывали» до полного истощения резервного фонда. Теперь его просто нет. По формальным признакам он перешел в фонд национального благосостояния. И теперь, когда нефть уже не за 100 долларов за баррель, уже просто вариантов нет. Изменения в пенсионную систему необходимо вносить, они назрели.
– А есть уже какие-то прогнозные цифры, что если изменения произойдут, то мы на эти 40 процентов выйдем?
– Расчеты, что мы должны выйти на эту цифру, есть. Более того, скажу, ее надо перейти, она мала. Например, если у кого-то зарплата 100 тысяч рублей, то 40 тысяч – это весомая сумма. А если зарплата была 30 тысяч? Кроме того, пенсию надо индексировать всегда. Потому что есть процент инфляции и нельзя, чтобы уменьшались реальные доходы пенсионеров. И для них это негативно, и для потребительского рынка.
– Вы вспомнили постсоветское пространство. А можно привести некий пример, скажем, западных стран – где, во сколько там выходят на пенсию?
– У всех по-разному. Но 65-68 – это наиболее часто встречающиеся цифры. В Японии – 70. Причем и для мужчин, и для женщин. Но там есть сомнительный показатель средней продолжительности жизни, она там 82 года. Поясню, почему сомнительный. Это не средняя, а ожидаемая продолжительность жизни, которая считается с нулевого возраста, как только ребенок родился. В нее входит и расчет детской смертности, и смертность мужчин трудоспособного возраста, которая, например, в нашей стране высокая. Поэтому средняя продолжительность жизни – это не тот показатель, на который вот так жестко надо ориентироваться, как мы на него сориентировались.
– Насколько известно, сейчас разрабатывается концепция активного долголетия, которая подразумевает поддержание тонуса пожилых людей. Что вы об этом думаете?
– Я недаром говорила про переформатирование всей жизни страны, потому что нельзя все просто сводить к повышению пенсионного возраста. Необходимы огромные изменения в медицинском обслуживании, в образовании. Мы должны уйти от концепции «один диплом на всю жизнь» и перейти к непрерывному образованию. И к этому надо готовить систему образования. Может быть, что-то, какие-то элементы создавать заново. Что было в советское время – образование на заводах. Воссоздать такие учебные центры, использовать потенциал вузов.
– Та же компьютерная грамотность…
– Компьютерная грамотность – это самое элементарное, что можно здесь сделать. Далее – внедрение цифровых технологий. Сфера обслуживания может дать много рабочих мест, она еще не настолько у нас развита. Сфера дошкольного воспитания, где можно активнее использовать опыт людей предпенсионного возраста. Есть очень большие возможности и варианты, все это надо рассчитывать, продумывать и делать.
© Вечерние ведомости
Читать этот материал в источнике
Читать этот материал в источнике
Власти Екатеринбурга через суд обязали собственника АЗС на Суходольской убрать заправку
Четверг, 12 февраля, 11.33
Авито помог автодилеру снизить стоимость продаж машин почти на четверть
Четверг, 12 февраля, 11.11
Свердловские приставы добрались до долго «бегавшего» от них должника
Четверг, 12 февраля, 11.07