Тушение лесных пожаров глазами добровольца: репортаж из леса
Рассказываем, как тушат лесные пожары
18.06.2023
Один из волонтеров-тушителей лесных пожаров в Свердловской области решил поделиться с читателями «Вечерних ведомостей» тонкостями и эмоциями от борьбы с огнем. После тушения в самом пекле пожара доброволец Андрей Гавриленко рассказывает о том, как выглядит обычный день у спасателей леса. Ранее мы рассказывали об особенностях тушения торфяных пожаров, почитать можно тут.
Вьетнамские флэшбеки
- Вертолет! Вертолет!
Слыша этот крик, мы отступаем от линии огня. Отбегаем на еще нетронутый пожаром участок и прячемся под кронами деревьев. Низко, над нашими головами, так, что слышно свист рассекаемого лопастями воздуха, пролетает вертолет. Ясно видно красную звезду на его «брюхе». Тросами к вертолету прицеплена бадья с водой. Машина летит вглубь горящего леса и исчезает в дыму.
- Это вояки, - поясняет прикрепленный к нашей группе сотрудник МЧС. – Связи с ними нет. Они льют воду, ориентируясь по задымлению – попадать под такой поток никому не советую!
Мне вспоминаются фильмы о войне во Вьетнаме. Вот лес, охваченный огнем, словно подожженный напалмом. Вот люди, прячущиеся под деревьями. Вот низко летящие вертолеты, несущие «угрозу».
- Ну, всё, мужики! Улетел! – кричит Активист. – У кого осталась вода – проливаем край.
Мы приступаем к делу. Вдали затихает рокот вертолета. Где-то недалеко, как ни в чем ни бывало, начинает петь птица...
Чтобы поучаствовать в тушении лесных пожаров, я записался в группу ВКонтакте «Добровольцы быстрого реагирования». В группе существует отдельный чат «Пожары». Здесь собирается и обновляется информация для волонтеров: ситуация с распространением пожаров, точки, где требуется срочная помощь, инструкции, контакты для связи. Мне удалось договориться с двумя волонтерами, которые отправлялись в Березовский на своей машине. Я поехал с ними.
В Березовском, на улице Гагарина, в одноэтажной пристройке располагается «Центр гражданской защиты». Здесь волонтерам под запись выдают основное средство пожаротушения – ранцевый лесной огнетушитель Ермак РП-18. Он напоминает рюкзак из плотной ткани красного цвета, объемом 18 литров. К нему присоединен шланг, заканчивающийся насадкой – гидропультом поршневого типа.
Снарядившись, волонтеры узнают пункты назначения. Большинство отправляется к поселку Островное, под Асбест. Меня соглашается подвезти девушка-доброволец по имени Ксения. Мы закидываем ранцы в багажник ее автомобиля и отправляемся.
По дороге я разговариваю с Ксенией, она маркетолог, живет в Березовском. Она делиться своими впечатлениями от тушения пожаров предыдущим днем.
– Нас расставили цепочкой вдоль дороги, – вспоминает девушка. – Задача была не подпускать огонь к обочине. Основную работу выполняли МЧСники. Мы лишь тушили редкие маленькие очаги, подбиравшиеся к дороге. Было довольно скучно. Иногда мужчины ради впечатлений уходили вглубь леса метров на 30. Если и сегодня будет то же самое, я вернусь домой. Толку от такой помощи немного.
На мой вопрос о возможности намеренных поджогов, Ксения отвечает:
– Вряд ли. Скорее всего, это «шашлычники». Пьяные компании разжигают огонь в лесах и потом не могут его правильно затушить.
При приближении к Асбесту, вдоль дороги потянулись сгоревшие участки леса. Обугленные деревья, присыпанная пеплом земля. Небо становится грязно-серым. В машине явственно пахнет гарью.
У въезда в Островное, вдоль шоссе, выстроился ряд автомобилей. Чуть подальше – пожарная машина. Стоят группы людей в форме и без. Расставлены столы. На одном – выдают респираторы и перчатки, у другого волонтеры получают горячее питание. Все это называется «штабом».
Все волонтеры регистрируется у девушки с планшетом. В список заносятся фамилия и телефон добровольца. Каждый получает индивидуальный номер.
– Поешьте! Когда еще потом придется? – призывают от стола с едой.
Я получаю пластиковую тарелку с густым супом и кусок хлеба.
– Женщины сегодня в лес не идут! – кричит мужчина в камуфляже. Очевидно, офицер МЧС, но знаков различия не видно. – Только мужчины! Ситуация тяжелая.
– Но мы уже тушили пожары! – с робкой улыбкой возражает одна из женщин. – Мы умеем.
– Только мужчины, – сурово отвечает МЧС-ник.
Я оглядываюсь и понимаю, что потерял из виду Ксению. Возможно, она вернулась к машине и уехала.
– Первая группа! Кто готов? – раздается крик из толпы.
На проселочную дорогу, ведущую в лес, выходит с десяток мужчин. Я присоединяюсь к ним. Мы оглядываем друг друга. Никто ни с кем не знаком. Всем добровольцам в группе по 30-40 лет. За одним исключением. Это молодой человек в камуфляже, с нашивкой на одном рукаве и нашивкой «ракетные войска» на другом. Я мысленно называю его Ракетчиком.
Почти все волонтеры снаряжены ранцами. Лишь у троих ведра и лопаты. К нашей группе прикрепляют сотрудника МЧС. Это молодой человек, лет двадцати. В толстовке с логотипом МЧС, штанах от «боевки» и берцах. Рация и ранец – единственное его снаряжение. Он будет нами руководить. Я так его и называю – Руководитель.
Мы выстраиваемся в цепочку и идем по проселочной дороге. Вдалеке, над вершинами деревьев, видны клубы дыма. Мы проходим мимо пожарной машины. Опираясь спинами о ее борт, стоят двое МЧС-ников.
– Удачи, мужики! – напутствуют они нас.
– Спасибо! – отвечает кто-то из группы.
Поселочная дорога вся разбита колесами и гусеницами техники. Она сплошь состоит из земляных гребней и канав, заполненных грязью. Дважды утопаю по щиколотку и с трудом вытягиваю ноги. Волонтеры сосредоточены на том, чтобы не упасть и не увязнуть, поэтому все молчат. Говорит лишь один доброволец. Он уже не один день ездит на пожары и дает советы. В лесу каждый должен держать соседа в поле зрения. Пересчет по головам при заходе и выходе, т.п. Я называю его Активистом.
Наконец, спустя несколько километров, останавливаемся. Вокруг ни души. Дюжина человек предоставлены сами себе. От Руководителя узнаем задачу. Мы должны удерживать огонь на подступах к дороге. Вглядываемся в лес. Между деревьями, кое-где видны языки пламени. Слышен треск сгорающей древесины. Тянет гарью. Мы хотим приступить к делу, но возникает вопрос: где брать воду?
Вспоминаем, что проходили мимо небольшого болотца. Возвращаемся на десятки метров назад. Здесь набираем воду в ранцы. Выглядит это так: один волонтер загребает воду, полную тины и травы, ведром (изначально предназначенным для песка), заливает через горловину в ранец другого.
У моего «ермака» на горловине съемная сетка-фильтр. И я могу доставать его и стряхивать прилипшую траву и грязь. Но так не у всех ранцев. Активист предлагает использовать вместо фильтра нитяные рабочие перчатки. Это помогает. Помогая друг другу, вскидываем наполненные ранцы на плечи. У моего гидропульта тут же обнаруживается проблема. Из распылительной форсунки сама собой вытекает вода. Руководитель осматривает насадку. По его мнению, скорее всего, растрескались уплотнительные кольца. Ничего тут не поделаешь и, чтобы не вытекла драгоценная вода, я буду носить гидропульт все время форсункой вверх. Трое с ведрами остаются у болотца. Они будут подтаскивать воду к так называемой «базе» – точке входа в лес. Мы возвращаемся на исходную. Чувствую, как по спине, текут струйки воды из ранца.
Активист пересчитывает нас, и мы цепочкой, стараясь держать равномерную дистанцию между собой, заходим в лес. Запах гари становится не выносим. Надеваем респираторы. Дым режет глаза. Видно только на несколько метров. Подходим к границе пожара. Она четко обозначена. На нашей стороне земля, покрытая коричневыми палыми листьями, зеленые кусты и трава. С той стороны – земля серая от пепла, кусты и деревья похожи на черные скелеты. Языки пламени, вспыхивающие, тут и там маркируют эту границу. Приступаем к тушению.
Чтобы тушить огонь с помощью ранцевого лесного огнетушителя Ермак РП-18, вы должны наклонить гидропульт в сторону пламени, подвигать поршень левой рукой вперед-назад и из форсунки вылетит струя, напором сравнимая с садовым шлангом. Вы успешно тушите небольшие язычки пламени.
Но вот, скажем, охваченный огнем ствол дерева, можно потушить только совместными усилиями нескольких добровольных пожарных. Над вами, время от времени, низко пролетают вертолеты. Вы отбегаете от границы огня подальше. Вертолеты принадлежат военным, а они тушат пожар по своему усмотрению. Вы ведь не хотите получить несколько тонн воды на голову?
Вертолет проносится дальше, и вы возвращаетесь к тушению. Точнее, ваша задача не погасить пламя, а не дать распространиться ему дальше. И вы обильно поливаете землю перед линией огня. Все это напоминает попытку потушить вулкан водяными пистолетиками. Вода в ранце у вас быстро заканчивается. И теперь вы стоите без дела и ждете, пока опустеют «ермаки» у других волонтеров. Ведь из леса нельзя выходить по одному.
У всех кончилась вода, Активист всех пересчитал, и мы вышли обратно на дорогу. Здесь нас ждали несколько ведер с болотной водой. Нам удалось заполнить несколько ранцев. Те, кому не хватило воды, вынуждены были вернуться с водой к болоту вместе с носильщиками. Все ждали всех.
Лес горел.
Наконец, ранцы были заправлены. Мы снова приступили к тушению. Всё повторилось как в первый раз. А потом еще и еще.
Затем, Руководитель, поговорив с кем-то по рации, приказал нам оставаться на месте и ничего не делать, и убежал куда-то вверх по дороге.
Мы расположились на обочине, напротив горящего леса. Высоко в небе, над нами, жужжа, завис дрон. Наверное, оператор видел лес, по одну сторону колеи затянутый дымом, по другую – еще свежий и не тронутый. И маленькую группку людей, сидевших кто на перевернутых ведрах, а кто прямо на земле.
– Вчера было лучше, – будто оправдываясь, сказал Активист. – Людей было больше. Сплошными цепочками выстраивали. Постоянно подвозили воду и еду. Бутербродов было много...
Волонтеры ответили хмыканьем и пожатием плечами. Голод чувствовали все – время близилось к обеду. Мимо нас проехал трактор «Беларусь» с прицепленным плугом. На колдобинах его мотало, словно лодку в шторм. Как раз напротив нас машина стала на два колеса и, казалось, готова была опрокинуться. Мы подобрались. Но тракторист справился со стальным конем и покатил дальше. Волонтеры проводили трактор матерными комплиментами мастерству водителя.
Через некоторое время показался и Руководитель. Он приближался к нам бегом. Поравнявшись с нами, он без сил опустился на обочину, обхватил голову руками и закричал:
- Б*! Ничего нет! Людей нет! Воды нет! Где кто ни* не понятно!
Справившись с эмоциями, он обратился к нам:
- Бросайте все тут на*! Пусть горит. Там дальше - еще хуже. Идем туда. Быстро-быстро! Сбираемся!
Мы проворно вскочили. Заправили ранцы про запас. Ведь мы не знали, сможем ли найти воду там, куда направляемся.
Шли все по той же разбитой дороге, только с весом за плечами. Между волонтерами завязались разговоры. Обсуждались сообщения о якобы пойманных поджигателях. Шутя, думали этично ли привязывать к деревьям, и оставлять в горящем лесу. Всплыла и версия об украинских диверсантах. Но Ракетчик пресек ее своим авторитетным мнением, что тактического смысла такие действия пользу никому не принесут.
Приблизились ко второй точке. Здесь все действительно выглядело хуже. Лес полыхал во всю. Мы видели, как падают охваченные огнем деревья. Вертолет уже не летал над нашими головами. Мы окончательно были предоставлены сами себе.
Мы зашли в лес. Здесь по земле были пропаханы неглубокие противопожарные рвы. Нашей задачей стало не допускать распространение пламени через барьер. Теперь мы вслушивались не в рокот лопастей вертолетов, а в треск горящих деревьев, готовых в любой момент упасть нам на головы. В остальном все было то же самое. Мы безнадежно пытались сдержать наступающее пламя.
Вода, принесенная с собой, быстро закончилась. Мы вернулись на дорогу. Из запасов у нас была только большая лужа. Ее вычерпали довольно быстро. Активист предложил закидывать пламя землей. Но земля оказалась дерном, пронизанным корешками трав, и мы лишь добавили бы пищи огню.
Каким-то чудом к нам пробился уазик-«батон» местного «Леспромхоза» (и тут же заглох). С собой он привез несколько больших бидонов воды. Мы сделали еще несколько заходов в лес. Энтузиазм и силы продолжали угасать.
После очередного захода мы вышли на дорогу и удивились необычному оживлению. Подъехал огромный бульдозер и из него выпрыгнул седой мужчина в форме, подошел к нашему Руководителю, и они стаи о чем-то совещаться. Приехала Тойота-пикап, с кузовом, заполненным пластиковыми канистрами с водой. Подошла еще группа волонтеров. По мнению Активиста, все дело было в рабочем дне. И вот сейчас появляться люди, освободившиеся после работы, и вообще всё наладится.
Но с меня, и еще троих волонтеров, было достаточно. Нам нужно было на работу на следующий день. Да еще как-то добираться до дома. Мы распрощались с остающимися и пожелали им удачи. И отправились в обратном направлении.
Мы шли со смешанным чувством разочарования и облегчения. Один из волонтеров, Дмитрий из Березовского, рассуждал о том, что съест по возвращении домой. Другой – Виктор из Екатеринбурга – о том, какие байки будет рассказывать своим друзьям. Ракетчик (его имени я так и не узнал) сравнил тушение с пребыванием на «передке». Тему никто не поддержал.
Навстречу стали попадаться группы волонтеров. Возможно, Активист был прав, и все дело было в рабочем дне. Нас расспрашивали о направлении и силе пожара, и мы отвечали с видом бывалых ветеранов. Когда мы проходили мимо первой «базы» то увидели, что огонь в лесу разгорелся с новой силой.
Наша группа подошла к «штабу». У пожарной машины все также стояли МЧС-ники. Кажется, в тех же позах, что и утром.
– Ну, как там? – спросил один из них.
– Горит! – пожал плечами я.
У стола с едой, женщины встретили нас аплодисментами. Нам на выбор предложили несколько блюд, свежие огурцы и помидоры, чай и компот.
– Там мужики в лесу совсем без еды, – сказал Дмитрий.
– Но нам ничего не говорили! – растерялась одна из женщин. – Да и машины нет...
– Сейчас машина будет. Все отвезем, – сказал подошедший МЧС-ник.
Волонтер Дмитрий, с тарелкой полной макарон с тушенкой, обернулся к лесу, над которым все также вздымались клубы дыма.
– У моего друга полностью сгорел загородный дом, – задумчиво сказал он. – Загородный дом – это всегда круто. Но когда происходит такое... Надо всем участвовать.
И добавил тихо:
– Кажется, я не сильно сегодня помог. Ну хоть плюс в карму поставим.
Из-за дымки, клонившееся к горизонту солнце, казалось совсем красным. Где-то недалеко, как ни в чем ни бывало, запела птица.
Вьетнамские флэшбеки
- Вертолет! Вертолет!Слыша этот крик, мы отступаем от линии огня. Отбегаем на еще нетронутый пожаром участок и прячемся под кронами деревьев. Низко, над нашими головами, так, что слышно свист рассекаемого лопастями воздуха, пролетает вертолет. Ясно видно красную звезду на его «брюхе». Тросами к вертолету прицеплена бадья с водой. Машина летит вглубь горящего леса и исчезает в дыму.
- Это вояки, - поясняет прикрепленный к нашей группе сотрудник МЧС. – Связи с ними нет. Они льют воду, ориентируясь по задымлению – попадать под такой поток никому не советую!
Мне вспоминаются фильмы о войне во Вьетнаме. Вот лес, охваченный огнем, словно подожженный напалмом. Вот люди, прячущиеся под деревьями. Вот низко летящие вертолеты, несущие «угрозу».
- Ну, всё, мужики! Улетел! – кричит Активист. – У кого осталась вода – проливаем край.
Мы приступаем к делу. Вдали затихает рокот вертолета. Где-то недалеко, как ни в чем ни бывало, начинает петь птица...
Добровольные пожарные
Чтобы поучаствовать в тушении лесных пожаров, я записался в группу ВКонтакте «Добровольцы быстрого реагирования». В группе существует отдельный чат «Пожары». Здесь собирается и обновляется информация для волонтеров: ситуация с распространением пожаров, точки, где требуется срочная помощь, инструкции, контакты для связи. Мне удалось договориться с двумя волонтерами, которые отправлялись в Березовский на своей машине. Я поехал с ними.
В Березовском, на улице Гагарина, в одноэтажной пристройке располагается «Центр гражданской защиты». Здесь волонтерам под запись выдают основное средство пожаротушения – ранцевый лесной огнетушитель Ермак РП-18. Он напоминает рюкзак из плотной ткани красного цвета, объемом 18 литров. К нему присоединен шланг, заканчивающийся насадкой – гидропультом поршневого типа.
Снарядившись, волонтеры узнают пункты назначения. Большинство отправляется к поселку Островное, под Асбест. Меня соглашается подвезти девушка-доброволец по имени Ксения. Мы закидываем ранцы в багажник ее автомобиля и отправляемся.
Волонтеры идут по лесу, скрин из видео Андрея Гавриленко
По дороге я разговариваю с Ксенией, она маркетолог, живет в Березовском. Она делиться своими впечатлениями от тушения пожаров предыдущим днем.
– Нас расставили цепочкой вдоль дороги, – вспоминает девушка. – Задача была не подпускать огонь к обочине. Основную работу выполняли МЧСники. Мы лишь тушили редкие маленькие очаги, подбиравшиеся к дороге. Было довольно скучно. Иногда мужчины ради впечатлений уходили вглубь леса метров на 30. Если и сегодня будет то же самое, я вернусь домой. Толку от такой помощи немного.
На мой вопрос о возможности намеренных поджогов, Ксения отвечает:
– Вряд ли. Скорее всего, это «шашлычники». Пьяные компании разжигают огонь в лесах и потом не могут его правильно затушить.
При приближении к Асбесту, вдоль дороги потянулись сгоревшие участки леса. Обугленные деревья, присыпанная пеплом земля. Небо становится грязно-серым. В машине явственно пахнет гарью.
Штаб
У въезда в Островное, вдоль шоссе, выстроился ряд автомобилей. Чуть подальше – пожарная машина. Стоят группы людей в форме и без. Расставлены столы. На одном – выдают респираторы и перчатки, у другого волонтеры получают горячее питание. Все это называется «штабом».
Все волонтеры регистрируется у девушки с планшетом. В список заносятся фамилия и телефон добровольца. Каждый получает индивидуальный номер.
– Поешьте! Когда еще потом придется? – призывают от стола с едой.
Я получаю пластиковую тарелку с густым супом и кусок хлеба.
– Женщины сегодня в лес не идут! – кричит мужчина в камуфляже. Очевидно, офицер МЧС, но знаков различия не видно. – Только мужчины! Ситуация тяжелая.
– Но мы уже тушили пожары! – с робкой улыбкой возражает одна из женщин. – Мы умеем.
– Только мужчины, – сурово отвечает МЧС-ник.
Я оглядываюсь и понимаю, что потерял из виду Ксению. Возможно, она вернулась к машине и уехала.
– Первая группа! Кто готов? – раздается крик из толпы.
На проселочную дорогу, ведущую в лес, выходит с десяток мужчин. Я присоединяюсь к ним. Мы оглядываем друг друга. Никто ни с кем не знаком. Всем добровольцам в группе по 30-40 лет. За одним исключением. Это молодой человек в камуфляже, с нашивкой на одном рукаве и нашивкой «ракетные войска» на другом. Я мысленно называю его Ракетчиком.
Почти все волонтеры снаряжены ранцами. Лишь у троих ведра и лопаты. К нашей группе прикрепляют сотрудника МЧС. Это молодой человек, лет двадцати. В толстовке с логотипом МЧС, штанах от «боевки» и берцах. Рация и ранец – единственное его снаряжение. Он будет нами руководить. Я так его и называю – Руководитель.
Мы выстраиваемся в цепочку и идем по проселочной дороге. Вдалеке, над вершинами деревьев, видны клубы дыма. Мы проходим мимо пожарной машины. Опираясь спинами о ее борт, стоят двое МЧС-ников.
– Удачи, мужики! – напутствуют они нас.
– Спасибо! – отвечает кто-то из группы.
Борьба с огнем. I часть
Поселочная дорога вся разбита колесами и гусеницами техники. Она сплошь состоит из земляных гребней и канав, заполненных грязью. Дважды утопаю по щиколотку и с трудом вытягиваю ноги. Волонтеры сосредоточены на том, чтобы не упасть и не увязнуть, поэтому все молчат. Говорит лишь один доброволец. Он уже не один день ездит на пожары и дает советы. В лесу каждый должен держать соседа в поле зрения. Пересчет по головам при заходе и выходе, т.п. Я называю его Активистом.
Наконец, спустя несколько километров, останавливаемся. Вокруг ни души. Дюжина человек предоставлены сами себе. От Руководителя узнаем задачу. Мы должны удерживать огонь на подступах к дороге. Вглядываемся в лес. Между деревьями, кое-где видны языки пламени. Слышен треск сгорающей древесины. Тянет гарью. Мы хотим приступить к делу, но возникает вопрос: где брать воду?
Вспоминаем, что проходили мимо небольшого болотца. Возвращаемся на десятки метров назад. Здесь набираем воду в ранцы. Выглядит это так: один волонтер загребает воду, полную тины и травы, ведром (изначально предназначенным для песка), заливает через горловину в ранец другого.
У моего «ермака» на горловине съемная сетка-фильтр. И я могу доставать его и стряхивать прилипшую траву и грязь. Но так не у всех ранцев. Активист предлагает использовать вместо фильтра нитяные рабочие перчатки. Это помогает. Помогая друг другу, вскидываем наполненные ранцы на плечи. У моего гидропульта тут же обнаруживается проблема. Из распылительной форсунки сама собой вытекает вода. Руководитель осматривает насадку. По его мнению, скорее всего, растрескались уплотнительные кольца. Ничего тут не поделаешь и, чтобы не вытекла драгоценная вода, я буду носить гидропульт все время форсункой вверх. Трое с ведрами остаются у болотца. Они будут подтаскивать воду к так называемой «базе» – точке входа в лес. Мы возвращаемся на исходную. Чувствую, как по спине, текут струйки воды из ранца.
Активист пересчитывает нас, и мы цепочкой, стараясь держать равномерную дистанцию между собой, заходим в лес. Запах гари становится не выносим. Надеваем респираторы. Дым режет глаза. Видно только на несколько метров. Подходим к границе пожара. Она четко обозначена. На нашей стороне земля, покрытая коричневыми палыми листьями, зеленые кусты и трава. С той стороны – земля серая от пепла, кусты и деревья похожи на черные скелеты. Языки пламени, вспыхивающие, тут и там маркируют эту границу. Приступаем к тушению.
Чтобы тушить огонь с помощью ранцевого лесного огнетушителя Ермак РП-18, вы должны наклонить гидропульт в сторону пламени, подвигать поршень левой рукой вперед-назад и из форсунки вылетит струя, напором сравнимая с садовым шлангом. Вы успешно тушите небольшие язычки пламени.
Но вот, скажем, охваченный огнем ствол дерева, можно потушить только совместными усилиями нескольких добровольных пожарных. Над вами, время от времени, низко пролетают вертолеты. Вы отбегаете от границы огня подальше. Вертолеты принадлежат военным, а они тушат пожар по своему усмотрению. Вы ведь не хотите получить несколько тонн воды на голову?
Вертолет проносится дальше, и вы возвращаетесь к тушению. Точнее, ваша задача не погасить пламя, а не дать распространиться ему дальше. И вы обильно поливаете землю перед линией огня. Все это напоминает попытку потушить вулкан водяными пистолетиками. Вода в ранце у вас быстро заканчивается. И теперь вы стоите без дела и ждете, пока опустеют «ермаки» у других волонтеров. Ведь из леса нельзя выходить по одному.
У всех кончилась вода, Активист всех пересчитал, и мы вышли обратно на дорогу. Здесь нас ждали несколько ведер с болотной водой. Нам удалось заполнить несколько ранцев. Те, кому не хватило воды, вынуждены были вернуться с водой к болоту вместе с носильщиками. Все ждали всех.
Лес горел.
Наконец, ранцы были заправлены. Мы снова приступили к тушению. Всё повторилось как в первый раз. А потом еще и еще.
Затем, Руководитель, поговорив с кем-то по рации, приказал нам оставаться на месте и ничего не делать, и убежал куда-то вверх по дороге.
Мы расположились на обочине, напротив горящего леса. Высоко в небе, над нами, жужжа, завис дрон. Наверное, оператор видел лес, по одну сторону колеи затянутый дымом, по другую – еще свежий и не тронутый. И маленькую группку людей, сидевших кто на перевернутых ведрах, а кто прямо на земле.
– Вчера было лучше, – будто оправдываясь, сказал Активист. – Людей было больше. Сплошными цепочками выстраивали. Постоянно подвозили воду и еду. Бутербродов было много...
Волонтеры ответили хмыканьем и пожатием плечами. Голод чувствовали все – время близилось к обеду. Мимо нас проехал трактор «Беларусь» с прицепленным плугом. На колдобинах его мотало, словно лодку в шторм. Как раз напротив нас машина стала на два колеса и, казалось, готова была опрокинуться. Мы подобрались. Но тракторист справился со стальным конем и покатил дальше. Волонтеры проводили трактор матерными комплиментами мастерству водителя.
Через некоторое время показался и Руководитель. Он приближался к нам бегом. Поравнявшись с нами, он без сил опустился на обочину, обхватил голову руками и закричал:
- Б*! Ничего нет! Людей нет! Воды нет! Где кто ни* не понятно!
Справившись с эмоциями, он обратился к нам:
- Бросайте все тут на*! Пусть горит. Там дальше - еще хуже. Идем туда. Быстро-быстро! Сбираемся!
Мы проворно вскочили. Заправили ранцы про запас. Ведь мы не знали, сможем ли найти воду там, куда направляемся.
Борьба с огнем. II часть
Шли все по той же разбитой дороге, только с весом за плечами. Между волонтерами завязались разговоры. Обсуждались сообщения о якобы пойманных поджигателях. Шутя, думали этично ли привязывать к деревьям, и оставлять в горящем лесу. Всплыла и версия об украинских диверсантах. Но Ракетчик пресек ее своим авторитетным мнением, что тактического смысла такие действия пользу никому не принесут.
Приблизились ко второй точке. Здесь все действительно выглядело хуже. Лес полыхал во всю. Мы видели, как падают охваченные огнем деревья. Вертолет уже не летал над нашими головами. Мы окончательно были предоставлены сами себе.
Мы зашли в лес. Здесь по земле были пропаханы неглубокие противопожарные рвы. Нашей задачей стало не допускать распространение пламени через барьер. Теперь мы вслушивались не в рокот лопастей вертолетов, а в треск горящих деревьев, готовых в любой момент упасть нам на головы. В остальном все было то же самое. Мы безнадежно пытались сдержать наступающее пламя.
Вода, принесенная с собой, быстро закончилась. Мы вернулись на дорогу. Из запасов у нас была только большая лужа. Ее вычерпали довольно быстро. Активист предложил закидывать пламя землей. Но земля оказалась дерном, пронизанным корешками трав, и мы лишь добавили бы пищи огню.
Каким-то чудом к нам пробился уазик-«батон» местного «Леспромхоза» (и тут же заглох). С собой он привез несколько больших бидонов воды. Мы сделали еще несколько заходов в лес. Энтузиазм и силы продолжали угасать.
После очередного захода мы вышли на дорогу и удивились необычному оживлению. Подъехал огромный бульдозер и из него выпрыгнул седой мужчина в форме, подошел к нашему Руководителю, и они стаи о чем-то совещаться. Приехала Тойота-пикап, с кузовом, заполненным пластиковыми канистрами с водой. Подошла еще группа волонтеров. По мнению Активиста, все дело было в рабочем дне. И вот сейчас появляться люди, освободившиеся после работы, и вообще всё наладится.
Но с меня, и еще троих волонтеров, было достаточно. Нам нужно было на работу на следующий день. Да еще как-то добираться до дома. Мы распрощались с остающимися и пожелали им удачи. И отправились в обратном направлении.
Возвращение
Мы шли со смешанным чувством разочарования и облегчения. Один из волонтеров, Дмитрий из Березовского, рассуждал о том, что съест по возвращении домой. Другой – Виктор из Екатеринбурга – о том, какие байки будет рассказывать своим друзьям. Ракетчик (его имени я так и не узнал) сравнил тушение с пребыванием на «передке». Тему никто не поддержал.
Навстречу стали попадаться группы волонтеров. Возможно, Активист был прав, и все дело было в рабочем дне. Нас расспрашивали о направлении и силе пожара, и мы отвечали с видом бывалых ветеранов. Когда мы проходили мимо первой «базы» то увидели, что огонь в лесу разгорелся с новой силой.
Наша группа подошла к «штабу». У пожарной машины все также стояли МЧС-ники. Кажется, в тех же позах, что и утром.
– Ну, как там? – спросил один из них.
– Горит! – пожал плечами я.
У стола с едой, женщины встретили нас аплодисментами. Нам на выбор предложили несколько блюд, свежие огурцы и помидоры, чай и компот.
– Там мужики в лесу совсем без еды, – сказал Дмитрий.
– Но нам ничего не говорили! – растерялась одна из женщин. – Да и машины нет...
– Сейчас машина будет. Все отвезем, – сказал подошедший МЧС-ник.
Волонтер Дмитрий, с тарелкой полной макарон с тушенкой, обернулся к лесу, над которым все также вздымались клубы дыма.
– У моего друга полностью сгорел загородный дом, – задумчиво сказал он. – Загородный дом – это всегда круто. Но когда происходит такое... Надо всем участвовать.
И добавил тихо:
– Кажется, я не сильно сегодня помог. Ну хоть плюс в карму поставим.
Из-за дымки, клонившееся к горизонту солнце, казалось совсем красным. Где-то недалеко, как ни в чем ни бывало, запела птица.
Андрей Гавриленко © Вечерние ведомости
Читать этот материал в источнике
Читать этот материал в источнике
В Нижнем Тагиле пытались доставить 12 мобильных телефонов в колонию строгого режима
Суббота, 7 сентября, 16.56
В Екатеринбурге простятся с хореографом Игорем Рамазановым, погибшим в горах Хан-Тенгри
Суббота, 7 сентября, 16.31
Пассажир вызвал ДТП в Екатеринбурге, дернув за руль
Суббота, 7 сентября, 15.32